Владимир Постанюк поддержал снятие ограничений
Депутаты Госдумы от фракции КПРФ обратились к главе Минцифры России Максуту Шадаеву с просьбой разблокировать иностранные мессенджеры, в первую очередь Telegram. Поддерживаю эту позицию, нужно прекратить так называемое замедление и блокировку иностранных мессенджеров в нашей стране.
В обращении к Министру справедливо отмечают, количество преступлений, совершаемых через Telegram, не уменьшилось после введения ограничений со стороны Роскомнадзора. Этот аргумент находит косвенное подтверждение в независимых исследованиях. Например, отчет Check Point Cyberint показывает, что, несмотря на блокировку за год более 43 млн каналов и групп, криминальные сообщества не исчезли, а адаптировались. Они используют функционал платформы: закрытые группы, резервные каналы и переносят чувствительные переговоры в личные чаты. Злоумышленники остаются на платформе из-за её огромного охвата и удобства, а блокировки создают лишь временные неудобства. Таким образом, затраты на ограничения не ведут к пропорциональному снижению криминальной активности.
Парламентарии также указывают на колоссальные бюджетные расходы – десятки миллиардов рублей. Эксперты оценивают ежегодные затраты на блокировку Telegram и других сервисов в сумму около 35–40 миллиардов рублей, постоянно появляются новости о выделении дополнительных бюджетных средств Роскомнадзору для развития системы ограничений. Эти средства могли бы быть направлены на развитие отечественных цифровых платформ или повышение кибербезопасности, что представляется более рациональным использованием бюджета.
Приведу дополнительные аргументу в пользу отказа от ограничений иностранных мессенджеров. Прежде всего, Минцифры России не раз указывало, что после ограничений Telegram снизилось число преступлений с использованием мессенджера. Кроме того, по их мнению, иностранные спецслужбы имеют доступ к переписке в Telegram, и это используется против нашей страны. Однако здесь есть контрдоводы. Первое – снижение числа преступлений с использованием цифровых технологий после ограничения голосовых вызовов в Telegram на 23% могло быть вызвано комплексом мер, а не только ограничением звонков. Более того, министерство само признает, что не выстроило диалог с администрацией мессенджера. Отсутствие обратной связи — это проблема, которую надо решать за столом переговоров, а не техническими барьерами.
Есть и дополнительные аргументы с точки зрения юриспруденции. Первый – необходимость обеспечения принципа соразмерности. Ограничения должны быть соразмерны угрозе. В данном случае мы видим, что меры создают серьезные неудобства для миллионов граждан, для отечественного бизнеса, но не достигают своей главной цели – искоренения преступности.
Второй – экономическая целесообразность. Ежегодные траты в размере десятков миллиардов рублей на меры с сомнительной эффективностью – это явно нерациональное использование бюджетных средств. Их можно было бы направить на развитие российских защищенных платформ, чтобы в честной конкуренции победил самый удобный, полезный и эффективный продукт.
Третий – необходимость учесть международный контекст. Telegram демонстрирует активную позицию в борьбе с противоправным контентом. В 2025 году было заблокировано 236 573 канала, связанных с терроризмом, в отдельные дни блокируется до 100 тысяч каналов и групп.
И финальный аргумент – Telegram в России давно стал не только мессенджером, но и активно используемой медиаплатформой. На ней по-прежнему ведут свои официальные каналы министерства и ведомства, депутаты и сенаторы, официальные средства массовой информации.
